На годовщину аварии на атомном комбинате Маяк

[parafoxer]

Редко делаю репосты, но тут я офигел. Я вообще НИЧЕГО не слышал про эту аварию.
Впрочем чего удивляться. Вот у нас например в Перми разбирают и утилизируют ядерные ракеты (боеголовки? не разбираюсь), ничего, лет 10 назад пошумела общественность, власти привычно послали всех нахуй и дали добро, ничооо, живем.




Оригинал взят у fregat_vt в На годовщину аварии на атомном комбинате "Маяк".

Моя статья, вышла в сегодняшнем "Полисе". Не скрою, одна из публикаций, которыми я особо горжусь.

Про трагедию Чернобыля знают все, но мало кто слышал о другой атомной аварии, что случилась в 1957 г. в Челябинской области на секретном комбинате «Маяк». Это была первая атомная катастрофа в СССР, но её удалось скрыть, хотя по масштабам она была сопоставима с Чернобыльской аварией. 29 сентября исполняется 55 лет со дня этого происшествия.

Тогда, в роковое воскресенье, в 16.22 на заводе из-за сбоя системы охлаждения взорвался резервуар с радиоактивными отходами. Содержимое хранилища выбросило в атмосферу, распылив над площадью, протяженностью свыше 300 км и площадь в 23 000 км2. Общая активность выброса составила 20 000 Кюри, что примерно в два раза меньше цифр по Чернобылю. В первые дни аварии от облучения погибло около 200 человек, а общее количество пострадавших превышает 250 тысяч. Зараженные территории объявили санитарной зоной, ныне они известны как Восточно-Уральский радиоактивный след, они продолжают оставаться опасными.

Валерий Сергеев и Владимир Соколов пятьдесят пять лет назад во время службы близ "Маяка"

Комбинат «Маяк», расположенный в городе Озёрск, был крупнейшим в СССР центром переработки радиоактивных материалов, на нём выпускали атомное оружие и перерабатывали реакторное топливо. Жизнь улан-удэнцев Владимира Соколова и Валерия Сергеева стала связана с ним, когда в 1959 г., их призвали в войска, охранявшие территорию завода.

- Нас привезли ночью, в «теплушке» с наглухо заделанными окнами – рассказывает Валерий Васильевич – Утром же мы узнали, что будем служить в очень секретном месте, которое даже не отмечено на карте. Город Озёрск тогда именовался Челябинск-40, или просто Сороковка, но даже это название упоминать было запрещено.

После выброса воды реки Теча оказались заражены, деревни по её берегам были выселены, скотина и урожай, попавшие под воздействие радиации, подлежали уничтожению. Кстати, впоследствии комбинат начал уже умышленно сливать в реку радиоактивные отходы.

- Первые три месяца мы участвовали в ликвидации последствий аварии – вспоминает Валерий Васильевич - Нам выдали оружие и костюмы химзащиты и велели отстреливать скот в окрестных деревнях, а также ловить по лесам разбежавшееся население, чтоб эвакуировать на «большую землю».

Вообще, про случившуюся два года назад атомную катастрофу открыто не говорили, хотя из перешептываний все было известно всем. Но на территории части регулярно проводились дозиметрические замеры, отмечалась доза облучения у солдат, действовал запрет употреблять в пищу живность и растительность из окрестных лесов и водоемов. В то же время, никаких повседневных средств защиты не выдавалось, инструктажей по радиологической безопасности не проводилось. Это не могло не отразиться на здоровье военнослужащих.

- Большинство наших сослуживцев впоследствии жаловались на многочисленные недуги, многих уже нет в живых – говорит Владимир Сергеевич – Я инвалид третьей группы, у моего сына врождённые проблемы со здоровьем.

Владимир Николаевич Соколов

А после завершения ликвидационных мероприятий наших земляков перевели в «литерную» роту, охранявшую особо важные объекты. Владимир Николаевич был пулемётчиком, Валерий Васильевич – писарем. Охраняли невзрачный с виду вход в неведомое подземное сооружение – поросший травой невысокий холм с бронированной дверью, вокруг охранный периметр и дремучий лес. Что именно там располагалось – не знал никто, и тем более не пытался выяснить, хотя на объект периодически наведывались загадочные гости вроде высоких флотских чинов. Лишь случайно Валерий Васильевич узнал тайну подземного хранилища.

- Я увлекался стрельбой из пистолета и очень хорошо стрелял – вспоминает он – И поэтому меня однажды взяли охранять инспекторскую проверку, так я попал внутрь. Мы спустились вниз на несколько десятков метров, миновав несколько бронированных дверей с кодовыми замками. Командир прошёл дальше, а мне велел караулить у входа, стреляя в каждого, кто вдруг появится. После завершения проверки, когда мы уже стали возвращаться, офицеры вспомнили, что неплотно закрыли дверь в хранилище, и велели мне проверить. Дверь действительно оказалась незакрытой до конца, я на свой страх и риск заглянул в щель. Там были уходившие вдаль ряды наклонных подставок с цилиндроконическими болванками. Я понял, что это атомные снаряды. Командир потом велел нигде ни словом не упоминать ни о чём, увиденном в подземелье.

- Мы дали подписку о неразаглашении на 25 лет – рассказывают ветераны – Вообще, про службу в «Сороковке» старались лишний раз не вспоминать, тогда это было просто опасно. Несколько лет спустя, когда сослуживцы отмечали встречу в ресторане, один из наших громко произнёс слово «Сороковка». На следующий день его забрали.

- Поэтому Чернобыльскую катастрофу, услышав о ней, мы с собой как-то даже не ассоциировали – говорит Владимир Николаевич – Лишь после Перестройки, когда вышел закон о ветеранах Чернобыля и приравненных к ним, один сослуживец подсуетился, сделав нужный запрос. Из Минобороны пришли подтверждения, что мы проходили службу в такой-то части в такой-то период, и даже справки о полученных дозах облучения. Это позволило оформить нужные удостоверения, по которым положены необходимые льготы.

Валерий Васильевич Сергеев

К сожалению, Валерию Васильевичу недавно в льготах было отказано на основании того, что удостоверение де-некорректно оформлено. Вообще, в Бурятии ветеранов «Маяка» известно всего двое, отдельного объединения у них нет, они состоят в местном филиале союза «Чернобыль».

По мнению ветеранов, столь масштабную атомную катастрофу удалось скрыть, потому что и случилась она в относительно малонаселённом месте, и произошла в глубине территории СССР, далеко от границ. Но, главное, на дворе были 50-е годы - ещё действовали сталинские порядки, и разглашение серьёзной информации пресекалось строго.

- А почему я сейчас всё рассказываю – грустно улыбается Валерий Васильевич - Во-первых, сроки подписки давно вышли. Во-вторых, какой смысл молчать, после того как в 90-е Ельцин допустил в Челябинск-40 американскую делегацию?

Пара моих более ранних публикаций на эту же тему:
Звезда Полынь
Как жители Бурятии ковали ядерный щит

Comments

[jo-ona.livejournal.com]

да каких только всяких-разных аварий не было... У нас тут женщина пыталась отсудить лям вроде у Минобороны за то, что переболела сибирской язвой... А уж сколько истерий по поводу захоронений... У меня в пригороде селиться тупо не где: то скотомогильники (то же с сибирской язвой), то РА захоронения, то свалки ТБО, то ещё НЁХ...))) при чём 90% паники по этому поводу строится на чистых слухах.

а по теме: в том же Кыштыме до сих пор есть места, где селиться по-настоящему нельзя. И даже купаться в местных речках. Радиация, и настоящая, а не паника "там вроде фонило что-то, мерял вооон тот гражданский Интернет-герой военным дозиметром"... Радуюсь тому, что не зацепило Увильды (второй Байкал, очень чистое и холодное озеро)