(no subject)

[parafoxer]

из свободных сми, о пацифизме, который в отдельно взятой стране внезапно превратился в уголовно наказуемое деяние.

Множество международных и национальных пацифистских организаций, возникших в начале ХХ века (и особенно во время и сразу после Первой мировой), непрестанно упрекали в наивности. Но именно с этого времени в восприятии войны что-то изменилось. Какой-нибудь Александр Македонский или даже Наполеон мог позвать своих подданных на войну просто для того, чтобы покрыть себя славой. Правителям же, развязывавшим войны в ХХ веке, приходилось оправдываться за такие решения: «возвращение исконных земель», «превентивный удар», «защита соотечественников» и тому подобное.

Пацифисты (не только Анри Дюнан и Эмиль Арно, но и Лев Толстой, и Махатма Ганди) добились того, что война перестала считаться нормой. Задним числом кажется парадоксальным, что прекраснодушные надежды на мир без войн были особенно сильны прямо перед и сразу после Первой мировой. И даже во время нее. В 1914 году английский писатель Герберт Уэллс провозгласил, что только что начавшаяся война «покончит с войнами». Огрубляя (но не сильно), он считал, что для наступления всеобщего мира надо просто убить всех милитаристов, прежде всего немецких.

Социализм рубежа XIX—XX веков тоже тяготел к пацифизму — но левые партии, представленные в парламентах своих стран, в начале Первой мировой в основном выступили в поддержку войны. Как говорили тогда (и сказали бы сейчас), «заняли патриотическую позицию».